СМЕРТИ НАЗЛО. Монография о Шарле Нунжессере, беззвестно пропавшем при попытке перелететь из Европы в Америку через Северную Атлантику.

 

МОНОГРАФИЯ, ПОСВЯЩЕННАЯ ГЕРОЯМ ВЕЛИКИХ ПЕРЕЛЕТОВ ПЕРИОДА ВРЕМЕНИ МЕЖДУ ДВУМЯ МИРОВЫМИ ВОЙНАМИ. 

   ЭТО МИРНОЕ МЕЖВОЕННОЕ ДВАДЦАТИЛЕТИЕ (ПЕРИОД ДВАДЦАТЫХ — ТРИДЦАТЫХ ГОДОВ) ХАРАКТЕРИЗУЕТСЯ БУРНЫМ РАСЦВЕТОМ АВИАЦИИ, ОБУСЛОВЛЕННЫМ РЕЗКИМ ТЕХНИЧЕСКИМ СКАЧКОМ И ОПЫТОМ ПОЛЕТОВ, ПОЛУЧЕННЫМИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВОМ В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ.

   САМОЛЕТЫ СТАЛИ КУДА БОЛЕЕ НАДЕЖНЫМИ А ИХ ХАРАКТЕРИСТИКИ ПОЗВОЛЯЛИ ПО-НОВОМУ ВЗГЛЯНУТЬ НА БЕЗБРЕЖНЫЕ ПРОСТОРЫ ОКЕАНОВ С ИХ ТЫСЯЧАМИ КИЛОМЕТРОВ СВИРЕПЫХ БУШУЮЩИХ ВОЛН, РАЗДЕЛЯЮЩИЕ МЕЖДУ СОБОЙ  ЛЮДЕЙ, ПРОЖИВАЮЩИХ НА РАЗНЫХ КОНТИНЕНТАХ…

 

На главную

 

СМЕРТИ НАЗЛО

 

    Жизненный путь Шарля Эжена Жули Мари Нунжессера напоминает хороший роман, от которого невозможно оторваться и читается он весь без отрыва, одним духом. Этот герой, а героем, как мы увидим позже он действительно стал, родился 15 марта 1892 года в Париже. Оглядывая его жизненный путь, без преувеличения можно сказать, родился бы он лет на 100-200 раньше, непременно стал бы знаменитым пиратом.  Когда ему исполнилось 10 лет, его родители развелись. Юный Шарль со своей матерью переехали в Валансьен. Мальчишка страстно увлекался спортом. Играл в футбол, ездил на коне и на мотоцикле, занимался боксом, плаванием…  Наравне со всем этим, он успешно посещал школу прикладных искусств. Однако в мечтах своих он грезил стать мотоциклетным спортсменом или пилотом аэроплана. Уже тогда он начал проявлять склонность к невероятному риску, когда появлялась даже мизерная надежда на успех.
Несколько позже, юный Шарль бросил учебу и отправился в Южную Америку, надеясь проведать там в Буэнос-Айресе своего дядюшку и с его помощью подыскать себе работу. Однако на пристани дядюшка его почему-то не встретил и работу пришлось искать самому. Работы он так и не нашел и на последние деньги купил билет на пароход, следующий в Аргентину, куда, как выяснилось, переселился его дядюшка. Однако, и там дядюшку не пришлось разыскать. Зато удалось устроиться механиком в мастерскую по ремонту импортных моторов.
Вскоре после этого, а ему уже шел восемнадцатый год, молодой человек впервые сел за руль производственного автомобиля. А еще, некоторое время спустя, заинтересовался авиацией. Впервые, он пришел на аэродром, когда там только, что сел самолет. Нунжессер не растерялся, подошел к пилоту и настойчиво попросил его показать свой аэроплан и как он управляется. Его настойчивость была встречена таким смехом, что Чарльз рассердился, мигом вскочил в самолет, дал газ  и без чьей-либо помощи взлетел. Только в процессе полета, он ознакомился с принципами управления аппаратом… Спустя некоторое время, он записался в летную школу и уже через 14 дней интенсивного обучения, принял участие в первых публичных авиационных выступлениях. Вскоре, наконец-то после пятилетних поисков, нашелся и его дядюшка. При его финансовой поддержке, молодой авиатор задумал построить аппарат собственной конструкции «Нунжессер I». Но эту затею не удалось осуществить, так как его призвали на военную службу и пришлось для этого снова отправляться во Францию. Шло уже лето 1914 года…

Начало службы Шарль Эжена практически совпало с началом войны. Он был определен во второй кавалерийский полк и уже через месяц прославился, захватив и перегнав через линию фронта в расположение своих войск неприятельский штабной автомобиль вместе с двумя немецкими солдатами. За это Нунжессер был награжден Военной медалью. Кроме того, ему разрешили оставить в своем распоряжении этот трофейный автомобиль в качестве подарка от генерала. Но Нунжессер попросил оказать ему еще одну милость – удовлетворить его просьбу о переводе в авиацию.
Просьба была удовлетворена и 22 января 1915 года Шарль прибыл в учебный авиацентр в городке Авор. Летать он начал на Фарманах. Имея известный опыт пилотирования, он избавил своих инструкторов от лишних хлопот и уже 2 марта окончил курс летной подготовки. Из Авора Шарль отбыл в краткосрочный отпуск и не застал нового курсанта, поступившего в авиашколу пятью днями позже и впоследствии затмившего своей славой Нунжессера. Это был Жорж Гинемер. Но о Жорже будет более подробно описано в другой монографии, а мы с Вами вернемся к нашему герою.

8 апреля Шарль прибыл в свою первую боевую часть, разведовательную эскадрилью VB-106, дислоцированную в местечке Сен-Поль в неподалеку от Дюнкерка. Летал на разведку на Вуазене 10 и практически всегда возвращался со множеством пулевых пробоин в своем аэроплане. 26-го числа того же года во время преследования немецкого двухместного Альбатроса, был сбит зенитной батареей противника.

Лишь, когда эскадрилья VB-106 была переведена в Нанс, ему существенно повезло. Вместе со своим наблюдателем они решили отомстить врагу за каждую полученную от него ранее пробоину. «Одолжив» на аэродроме новенький, готовый к полету самолет они вылетели навстречу новым приключениям. И приключения не заставили себя долго ждать. Через полчаса была объявлена воздушная тревога. Наблюдатели сообщили по телефону о приближении к городу пяти немецких самолетов. По боевому расписанию, нашего пилота не нашли в распоряжении части. Вслед за этим, снова зазвонил телефон и дежурный сообщил командиру, что один из его самолетов сбил над городом аэроплан противника. Неразбериха у командира продолжалась лишь до того момента, как только выяснили, что наряду с отсутствием одного из пилотов, на аэродроме отсутствует и новенький Вуазен. Это очередное приключение принесло Шарлю новую награду – Военный крест, восемь суток ареста и перевод в школу истребителей. А сбитый им аэроплан еще долго потом экспонировался в Нансе.

Morane-Saulnier L Parassol. На таких самолетах проходил истребительное обучение Нунжессер.

Истребительное обучение проходило на самолете Moran Saulnier L Parassol  и на других типах самолетов. В ноябре 1915 года Нунжессер прибыл в Нанс, где формировалась его новая эскадрилья N-65. Эскадрилья, как подсказывает литера в ее обозначении, была оснащена истребителями Nieport 11c-1, получившие наименование Bebe (Малыш). Нунжессер на борту своего самолета намалевал большое черное сердце, внутри которого белым цветом был изображен череп с двумя костями, а над ним две горящие свечи и гроб.

Впоследствии эта эмблема наносилась на все его самолеты. Впервые эта эмблема была создана после того, как немцы назначили награду за его голову. Но исторически достоверными эти сведения, к сожалению, назвать нельзя. И тем не менее, эмблема нарисована. Теперь не терпится ее облетать и показать всем сверху. Едва высохла краска, Нунжессер садится в самолет и на малой высоте над центром города закатил такой захватывающий пилотаж, что вызвал волнение среди горожан и отцы города вынуждены были подать официальную жалобу командиру его эскадрильи. Едва возвратившись из своего демонстрационного полета, Шарль предстал перед лицом своего разгневанного командира:

«…, а когда уже вы снова решитесь на подобную глупость, идите и выполните ее снова, но не здесь, над городом, а над головами неприятеля!» — закончил свои нравоучения командир.

Нунжессер будто только того и ждал. Лишь только командир пропал из поля его зрения, велел заправить полный бак своего Ньюпора, взлетел и исполнил повторно свои проказы над ближайшим немецким аэродромом. По возвращению доложил командиру о выполнении его приказа и снова получил очередные восемь суток ареста.

Двумя днями позже, 28 ноября 1915 года Шарль взлетел, чтобы опробовать пулемет в воздухе. Вскоре он обнаружил весьма кстати два неприятельских самолета и погнался за ними. Одному из них посчастливилось уйти. Зато на второй был обрушен весь заряд Левиса. Пока пилот устанавливал на пулемет новый барабан, он сблизился с неприятелем почти вплотную. Он энергично поднырнул под него и задрав вертикально свой пулемет, расположенный на верхнем крыле, расстрелял брюхо неприятельского аэроплана. Немецкий самолет словно в небольшом раздумье слегка качнулся влево, вправо и затем обрушился вниз. Позже в нем насчитали 24 пулевые пробоины.  Эта победа принесла Нунжессеру отмену оставшихся шести дней наказания за предыдущий проступок и членство в Почетном Легионе.

Весьма неудачный самолет Ponnier M.1, на котором Нунжессер потерпел аварию и сломал себе челюсть и обе ноги.

29 января 1916 года Нунжессер совершил вылет на новом самолете Ponnier M.1. Это была весьма неудачная конструкция в аэродинамическом отношении с не отрегулированной должным образом центровкой . Вскоре после взлета самолет повел себя неустойчиво и через некоторое время после незначительного рысканья сорвался в неуправляемый штопор и рухнул на землю. Шарль Эжен остался жив, но эта авария обошлась ему переломами обоих ног и разбитой челюстью. Всем уже казалось, что это конец его летного пути, но он выздоровел. Как только смог покинуть (с посохом) больницу, он сразу пришел на аэродром Le Burget, чтобы доказать свою пригодность к боевым вылетам. Усевшись в истребитель Nieport, он взлетел и закрутил на глазах у всех свой акробатический номер.

В свою эскадрилью N-65 он вернулся 29 марта, а уже двумя днями позже, атаковал двухместный Albatros, хотя и без заметного успеха. Затем, 1 апреля и снова безрезультатно атаковал группу из четырех неприятельских аэропланов. В этом полете он разыграл огромную долю пилотского везения, так как его сиденье оказалось прострелянным в двух местах. Лишь на следующий день ему посчастливилось сбить немецкий разведывательный аэростат, днем позже  им был уничтожен двухместный разведчик L.V.G., а 4 апреля сбил большой немецкий биплан, который ему  удалось сфотографировать в падении. Правда и его истребителю при этом основательно досталось.

Вероятно, прилично досталось и самому пилоту, так как он снова после этого боя попал в госпиталь, откуда вышел уже в звании су-лейтенанта лишь 24 апреля. Он отправился в свою эскадрилью N-65, которая передислоцировалась к тому времени к западу от Нанса в городок Бар-де-Люк. Буквально на следующий день Шарль совершает свой очередной «гусарский поступок». Он вступипает в бой с группой из трех разведчиков L.V.G., которые шли в сопровождении трех истребителей Fokker. Шарль сбил один из разведчиков, но его машина (вероятно, это был Nieport 16c-1) тотчас же была атакована остальными самолетами и получила большие повреждения. Вместо того, чтобы во избежании поражения выйти из боя, он вклинился в самую гущу неприятельских аэропланов, где противник уже не мог по нему стрелять, так как попал бы по своим самолетам. Так и летал в скопище врагов, жестикулируя, дразня и озлобляя их  все больше и больше, так как они ничего не могли ему сделать в ответ, кроме такой же энергичной жестикуляции. И лишь, когда стало иссякать топливо, Шарль спикировал вниз и повернул к дому. О погони за ним не могло быть и речи, так как у противника тоже топливо было уже на исходе.  По возвращении домой в его самолете насчитали 28 пробоин и двигатель едва работал на пяти цилиндрах.

С ведением боевых действий, множились и ранения самого пилота. Пулей ему разорвало губу. При вынужденной посадке он опять сломал челюсть. При аварийной жесткой посадке, когда его Ньюпор получил в бою 40 попаданий, Шарль вывихнул колено. К 19 мая Шарль одержал свою седьмую признанную победу, а 22 мая он сбивает очередной аэростат. К тому времени ¾ личного состава пилотов эскадрильи N-65 была выведена из строя убитыми или ранеными. И несмотря на полученное легкое ранение, Нунжессер компенсировал своими активными действиями их отсутствие.

В конце весны 1916 года на истребителе Nieport 17с-1 Шарль стремглав атаковал над Верденом два немецких самолета. В результате ответной стрельбы Нунжессер был ранен в голову. Тем не менее он вступил в «собачью схватку», которая продолжалась в течении более часа, пока оба немецких самолета не были сбиты. Невдалеке от падения своих жертв и он совершил вынужденную посадку на израненном своем истребителе.

Его десятой победой был Aviatik, который летел в паре с истребителнм Fokker. В молниеносной атаке в течении считанных секунд Aviatik был сбит, а Fokker посчитал разумным не ввязываться в бой и ретировался домой. По одной из версий, пилотом сбитого Авиатика был немецкий ас Лейтенант Паршау с восемью победами. Далее последовали очередные победы. 21 августа Шарль сбил L.V.G., 14 сентября очередной Альбатрос, а 26 сентября выиграл у своего механика пари, когда до восьми часов утра успел сбить неприятельский аэростат и аэроплан. В тот же день обнаружил британский самолет, преследуемый шестью немецкими двухместными аэропланами. Шарль атаковал преследователей, завязал с ними бой, в котором сбил один самолет. На этом счет его побед достиг 17 и Нунжессер был награжден Золотой медалью Французского аэроклуба.

Nieport 11 Шарля Нунжессера. На всех самолетах, на которых он летал была изображена его символика — черное сердце, на котором белым цветом изображены череп с костями, две свечи и гроб.

Своего восемнадцатого он сбил 23 ноября, а 4 декабря сбил один из четырех Халберстадтов, которые преследовали британский аэроплан с неисправным пулеметом. Отогнав неприятеля, Шарль сопроводил англичанина до его аэродрома, за что был представлен к награде. Англичане наградили его Британским боевым крестом. После полудня одержал очередную двадцатую победу. После 21-й победы 20-го декабря, опять отправляется в госпиталь, где ему ломали неправильно сросшиеся кости и снова сращивали. После госпиталя ему был положен отдых и освобождение от авиации, но Шарль добился все-таки, чтобы ему позволили снова приступить к полетам, как только он будет себя хорошо для этого чувствовать. Ему определили новенький истребитель. Вероятно, это был Nieport 17bis C-1, оснащенный ротативным двигателем Clerget мощностью 95 kW.

Следующую победу Нунжессер одержал 1 мая 1917 года, когда разогнал группу из шести неприятельских аэропланов над морем и два из них сбил. 9 мая его боевой счет достиг 25, а 12-го сбил еще двоих. Неудачным был поединок 26 июня, когда на него напал британский истребитель. Его пилот основательно повредил Ньюпор Нунжессера.

Шарль пытался выйти из боя, но его продолжали атаковать. Сложилось впечатление, что британскую машину пилотирует вражеский пилот. Через несколько минут преследователя пришлось сбить. После боя он возвратился к месту падения сбитого им самолета и к своему ужасу обнаружил, что останки пилота принадлежат англичанину. Британец принял изображение черного сердца на самолете Нунжессера за эмблему немецкого пилота. И это несмотря на то, что на верхних и на нижних плоскостях Ньюпора были нанесены огромные французские опознавательные знаки.

Во второй половине того же дня Шарлю передали послание от немца, сброшенное с самолета над его аэродромом и призывающее тотчас же принять вызов на поединок один против одного в районе городка Дуэ. Вызов был немедленно принят. Каково же было его удивление, когда он обнаружил, что над Дуэ его с нетерпением ожидает шесть неприятельских истребителей. Шарля это не остановило. Он ринулся в неравный бой из которого вышел победителем, сбив два самолета. Остальные позорно ретировались.

16 августа 1917 года Нунжессер одержал свою тридцатую победу. Это был немецкий двухмоторный биплан Gotha, который рухнул в Хаутхолстский лес во Фландрии. Однако и Шарль уже морально и физически истощенный был на грани своих сил. Сказывалась повседневная усталость и давали о себе знать прошлые ранения и травмы. Он не мог много ходить, приходилось пользоваться помощью механиков, чтобы сесть в кабину или выбраться из своего самолета. Но он продолжал при этом настойчиво летать. 12 сентября он вылетел из Дюнкерка в Париж, где должен был провести свой отпуск. По пути его атаковал немецкий Halberstadt. В ходе завязавшегося поединка, Нунжессер обнаружил, что нашел себе равноценного противника. Никто из них так и не сумел взять своего соперника в прицел. Оба понимали и оценили равноценность друг-друга. Шарль приземлился на лужайку. В тридцати метрах от него совершил посадку и немец. Помахал ему рукой и взлетел. Нунжессер взлетел вслед и хотел сопроводить Halberstadt, но тот уже успел скрыться из виду. Через некоторое время после прибытия в Париж, Шарль обратился к руководству «Ньюпор» с большими претензиями и убедительно попросил сделать ему более совершенный самолет, чтобы подобный случай больше не мог повториться. В Париже Шарля чествовали как самого результативного и удачливого живого французского аса. Шарль не соглашался с этим и не мог признать за собой титул лучшего. Он все время пытался отдать свое первенство погибшему к тому времени Жоржу Гинемеру, который имел на своем счету более 50 воздушных побед.

В последующий период времени Шарль передает свой боевой опыт молодым пилотам, сопровождает их в бою. Сам в бой не ввязывался а в стороне наблюдал за действиями своего ученика и вступал в поединок с врагом только тогда, когда его вмешательство было крайне необходимо. Во время одной из поездок в Париж на своем автомобиле Нунжессер попадает в аварию, в которой гибнет его механик Похон. Сам Шарль отделался сравнительно легко и в очередной раз ломает свою челюсть. После лечения, в последний день 1917 года он возвращается к себе на службу. Последующие несколько воздушных побед не пошли Нунжессеру в зачет, так как он их одержал далеко за линией фронта над расположением врага  и не смог получить об этом необходимых подтверждений.

Лишь 12 марта 1918 года была одержана тридцать первая официальная победа и 30-го числа следующая, тридцать вторая. Теперь он соперничал с другим французским асом, Рене Фонком. Однако, когда 16 июня Шарль одержал свою 40-ю победу, Рене Фонк имел на своем счету уже 45 сбитых самолетов.

После очередного лечения в госпитале, Нунжессер сбивает 14 августа два аэростата и опять получает ранение. И тем не менее на следующий день он достиг своего окончательного боевого счета – 45 воздушных побед. Среди его наград кроме французских и английских, были и бельгийские, португальские, сербские, США.

Morane-Sailnier А1 Parassol. На таком самолете Нунжессер преподавал молодым пилотам искусство полета.

После войны, как только стали стихать страсти вокруг его заслуг и подвигов, тихая гражданская жизнь показалась ему весьма обыденной и скучной. Шарль основал авиационную школу в Орли, в северо-западной части ныне существующего аэропорта. В это время он летал на моноплане Moran-Solnier А1, у которого снова на борту красовалась его знаменитая эмблема. Однако, после войны интерес к авиации спал и желающих пройти летное обучение становилось все меньше и меньше. Некоторое время спустя, школу пришлось закрыть. Ограниченный спрос на авиаторов вполне удовлетворялся уволенными из ВВС и ставшими безработными пилотами. Несколько раз Шарль посетил Североамериканские штаты, где принимал участие в различного рода авиационных аттракционах. В частности, на истребителе Hanriot HD-1 (по иронии судьбы за всю войну на этом самолете ему так и не пришлось полетать), на котором снова была нанесена его знаменитая эмблема, вместе с другими французскими пилотами Виссе и Белло демонстрировал имитацию воздушного боя.

Однако, вскоре своеобразные авиационные выступления тоже перестали привлекать достаточное число зрителей. Шарль в очередной раз остался без работы. В начале января 1927 года Нунжессер вел настойчивые переговоры с представителями авиационной фирмы Levasseur по поводу постройки для него самолета, предназначенного для сверхдальнего перелета через Атлантику из Франции в Америку.

Наконец переговоры увенчались успехом. Пьер Левассер взял за основу для разработки нового самолета конструкцию своего биплана PL-4. Новый самолет проектировался в качестве летающей лодки, способной сесть на воду в конце перелета, но не способной снова уже взлететь. После многих доработок и усовершенствований, машина получила обозначение PL-8. В конце марта самолет наконец был построен, а в апреле начались его летные испытания. 23-24 апреля на самолете была произведена установка нового двигателя, специально предназначенного для сверхдальнего продолжительного перелета.

Levasseur PL-8 «Oiseau-Blanc» (здесь и ниже)

В качестве штурмана Нунжессер пригласил участвовать в полете капитана Франсуа Коли. (Несколько ранее для этого полета был приглашен Г. Гуерра, который отказался от этого сомнительного предприятия). Коли – одноглазый штурман, который уже предпринял ранее неудавшуюся попытку совершить подобный перелет с Тарасконом на самолете Potez 25-0, с радостью согласился.

Наконец, 8 мая 1927 года самолет был готов к полету. На белом самолете снова по обе его стороны была изображена эмблема Нунжессера, а рядом красовалась надпись «L’Oiseau Blanc» (Белая Птица).

Аэродром Ле-Бурже. 3 часа ночи:

Под свет прожекторов, самолет выкатили из ангара и оттащили в дальний конец взлетной полосы. Постепенно вокруг него стали собираться любопытные, журналисты.

4:30 — прибыли Шарль Нунжессер и Франсуа Коли. Самолет был полностью заправлен и в него был погружен необходимый аварийный запас, состав которого мы здесь перечислять не будем.

5:10 — пилот и штурман забрались в кабину. Нунжессер улыбнулся и

пообещал собравшимся вокруг журналистам и провожающим прислать из Нью-Йорка открытки с видами города. Затем авиаторы разместились на своих местах. Слева пилот, справа штурман, внимание которого было теперь сосредоточено на западной части горизонта.

5:18 – запустили двигатель.

5:20 – колеса самолета дрогнули и «Белая Птица» начала разгон. Самолет пробежал долгие 900 метров и наконец взлетел под восторженные крики огромной толпы людей, которые приехали сюда на всех возможных транспортных средствах со всей Франции. Пролетая по широкой левой дуге вокруг места взлета, экипаж отбросил шасси. Оно теперь было не нужно. Предполагалось, что в конце перелета самолет спустится на водную поверхность. После сброса шасси, самолет стал заметно быстрее набирать высоту. Удаляющийся Levasseur PL-8 торжественно сопровождался почетным эскортом из четырех военных самолетов под восторженные крики присутствующей публики.

6:48 — L’Oiseau Blanc пересек береговую черту в районе городка Этрита у мыса д’ Антифер. Здесь, последний военный самолет, пилотируемый капитаном Венсоном прекратил сопровождение и PL-8 расстаял в облачной дымке над водами Ла-Манша. Через 5 часов ирландская радиостанция сообщила о том, что L’Oiseau Blanc летит против сильного встречного ветра и миновал побережье Ирландии, а с этим и покинул Европу. Дальнейшая связь с самолетом не велась, так как самолет не был оснащен радио.

На следующий день,новое сообщение о самолете подняло во Франции огромную волну неописуемого восторга и

Маршрут «БЕЛОЙ ПТИЦЫ» над Европой.

радости. Сообщалось, что самолет видели в районе Нью-Фауленда. Позже, пришло известие, что самолет миновал Бостон. Пресса поспешила сообщить о триумфальном перелете до Нью-Йорка со столь мелкими подробностями, что не поверить в это было невозможно. Люди в нетерпении рвали друг у друга внеочередные выпуски новостей. Французский военный министр Поль Пенлеве послал в штаты обоим пилотам официальные поздравления. Однако все это было досадной ошибкой, являющейся результатом преждевременного описания знаменательного перелета восторженной прессой под влиянием своих журналистов, впавших в сенсационный ажиотаж. Официальные власти Северо-Американских Соединенных Штатов уже вечером 9 мая опубликовали официальное опровержение: «Перелет не завершился. О самолете ничего не известно».

 

Никто не знает и по сей день, где и куда пропал самолет Нунжессера и Коли.

Никто не видел остатков их машины. Единственный сохранившийся фрагмент их самолета, это шасси, сброшенное в начале полета и экспонирующееся по сей день во французском национальном авиационном музее. Реальный конец полета «Белой птицы» остался таинственной загадкой по ныне.

И все-же существует мнение о том, что легендарным героям удалось перелететь через Атлантику и достичь берегов Америки. Оно основывается в основном на свидетельствах двух десятков французских жителей с

Savoia S 55

восточного побережья Северной Америки. Они заявили, что видели

большой белый самолет, летящий с востока на запад. Один из наблюдателей даже описал этот самолет, как большой белый биплан без шасси.

Однако, это мог быть и гидроплан Savoia S-55 bis «Santa Maria II» (Савойя S-55 бис «Санта Мария II») итальянца Франческо де Пинидо. Двухкорпусный фюзеляж вкупе с тройным хвостовым оперением

неискушенный наблюдатель мог распознать как биплан. В это день на этом 

самолете был совершен перелет из Бостона в Нью-Йорк.

Так же, накануне Второй мировой войны в канадской провинции Нью-Брансуик на побережье Атлантики нашли бутылку с написанной карандашом запиской: «помогите — Лабрадор — умираем от голода — 4 июля 1927 года». Зов о помощи не имел подписи. Могло ли это быть последним посланием от экипажа Нунжессера? К сожалению, эта записка была предана гласности лишь 8 января 1941 года, когда Франция была уже оккупирована и из-за этого невозможно было отправить ее туда для удостоверения ее подлинности. А потом все забылось. И где теперь эта записка? Никто не знает…

Жители Франции на скалах Этрита установили памятник прославленным героям. Во время оккупации в 1942 году он был разрушен немцами, а после войны снова  восстановлен.

А действительная судьба обоих летчиков, вероятнее всего уже никогда не будет известна…

 

Планируемый  маршрут перелета

 

P.S. 

СПУСТЯ ВСЕГО НЕПОЛНЫЕ ДВЕ НЕДЕЛИ ПОСЛЕ ЭТОГО ПОЛЕТА, МОЛОДОЙ АМЕРИКАНЕЦ НА ОДНОМОТОРНОМ САМОЛЕТЕ В ОДИНОЧКУ СОВЕРШИЛ ПЕРЕЛЕТ ИЗ НЬЮ-ЙОРКА В ПАРИЖ. 

ЗВАЛИ ЕГО ЧАРЛЬЗ ЛИНБЕРГ. 

БЫЛО ЕМУ 25 ЛЕТ…

К мировому событию Чарльз подошел с таким багажом:

  • Одномоторный механизм
  • Моноплан
  • 1704 литра топлива
  • 5 сэндвичей, кукуруза, 1 литр воды
  • Без парашюта
  • Без рации
  • Без лобового стекла

«Если я прибуду в Париж, то ни в чем не буду нуждаться. Если я не прибуду в Париж, то тоже ни в чем не буду нуждаться.» 

 Но об этом, мы поговорим уже в другой раз, ибо это обширная тема уже для другой монографии…

Материал любезно предоставил Ол Великолепный

 

На главную

Обновлено: 13.03.2018 — 12:22

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *